Там, на неведомых дорожках...

Кстати, в болотных отложениях встречаются даже частички ядерного топлива, попавшие туда после взрыва, однако благодаря проведению спецоперации по затоплению местных болот не попали в Припять и Днепр.

Обо всем этом здесь рассказывают экскурсантам и убедительно демонстрируют присутствие невидимой опасности на дозиметрических приборах. Правда, в сильно загрязненные места людей не ведут.

– В белорусской части зоны отчуждения все вопросы регулируются государственным регулятором в лице Департамента по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. Здесь главное - безопасность людей, приезжающих в заповедник, чтобы увидеть последствия аварии на АЭС и то, как живет здесь природа без человека.

 

Не так давно ученым пришлось доказывать желающим проводить в зоне трак-триалы на джипах (аналогичные тем, которые проходят в Смоленском Поозерье), что эта идея здесь неосуществима. По словам Максима Владимировича, покатушки по местности, нашпигованной радионуклидами, обязательно поднимут их вместе с пылью.

Для экскурсантов специально разработано семь маршрутов. Практически на каждом из них покажут артефакты местного музея, среди которых старые дозиметры времен аварии ЧАЭС и предметы быта, принадлежавшие проживавшим здесь более 30 лет назад местным жителям. Также могут свозить к переправе через Припять, вернее, к тому, что от нее осталось, – проржавевшему брошенному парому и барже. Ими пользовались жители Красноселья и других деревень, откуда сейчас видна арка (конфаймент), построенная над разрушенным реактором АЭС. Турист увидит и заброшенную инфраструктуру. Например, былой завод по производству витаминной муки, колхозные фермы, деревянные и реже кирпичные дома, мазанки, здания магазинов, школ – все то, что осталось от выселенных деревень, ранее наполненных взрослыми и детским голосами, мычанием буренок, пением петухов и лаем собак. Сейчас здесь тихо. Убедительно страшно тихо.

– А чем еще удивляет туриста зона? – интересуюсь.

– Для нас не главное удивить – за этим нужно ехать в Диснейленд! – парирует собеседник и рассказывает о том, что природных красот в пойме низовья Припяти, которая завораживала гостей и в лучшие – дочернобыльские – времена, сейчас еще больше!

Тем, кто хочет увидеть реку с борта судна, предложат проехать водными маршрутами. Для этого в транспортном парке имеются катера. На них экскурсантов катают и по Припяти, и по ее старицам и озерам, которые девственно прекрасны в своей безлюдности. До выселения местные ездили в эту осеннюю пору, например, по старицам собирать водяные орехи, которые сегодня внесены в Красную книгу. Теперь в природе орехи также можно увидеть, но уже, чур, не рвать! Они должны удивлять и наших потомков!

Радиоактивность зоны определила ее заповедность. Зона меняется с каждым годом и днем: и растения, и животные в отсутствие людей становятся полновластными хозяевами. Когда Максим Кудин пришел в 2003-м в заповедник, его территория и обитавшие там зверье и птица просматривались достаточно хорошо. За 17 лет леса встали стеной. Многих животных, в частности зубров (их здесь, завезенных из Беловежской пущи, – 174 головы), а также лошадей Пржевальского, которых более 60, лучше всего наблюдать зимой, когда лес сбрасывает листья и выпадает снег. В зоне также можно встретиться с лосями (1700 особей), благородными оленями (700). Фотоловушки насчитали 5 бурых медведей, до 120 волков. Заповедник привлекателен и летом, и зимой. Вот что о чудесах на неведомых дорожках рассказал наш собеседник.

– Мы не можем гарантировать встреч с дикими животными. Но они происходят. Как всегда, неожиданно. В прошлом году, когда заповедник посещали туристы из Китая, молодой волк будто специально подпустил людей к себе, шагов на 30, постоял, позируя, и ушел в лес.