Матери защищали детей до последней минуты. Рассказ спасателя, который работал в Турции

Белорусские спасатели отправились в Турцию двумя группами. Оперативному дежурному республиканского отряда специального назначения «ЗУБР» МЧС Сергею Новичуку предстояло лететь во второй. Первая группа отбыла в разрушенный землетрясением Газиантеп 8 февраля, через сутки – вторая.

– На 64 человека было две единицы тяжелой техники – автомобили МАЗ и два оперативных автомобиля, – рассказал Сергей Новичук.

Первые сложности возникли еще до посадки. Самолету с белорусскими спасателями из-за загруженности аэропорта в Газиантепе не дали посадку и отправили на второй круг.

– Мы отслеживали по телефонам, что был большой поток воздушных судов. Нас отправили на какой-то запасной аэродром местных турецких авиалиний. Мы переждали там несколько часов, пока освободился нужный нам аэропорт. К девяти утра мы были в Газиантепе, оттуда нас перебросили в Кахраманмараш, и уже вечером выехали по первому адресу, – вспоминает белорусский спасатель.

Он убежден: к беде такого масштаба, с которой его коллеги столкнулись в Турции, подготовиться невозможно.

– Эмоциональный фон нужно сразу отключать, потому что нормально работать не получится. Есть задачи, которые нужно выполнять, несмотря ни на что. Даже видя масштабы трагедии, боль этих людей, которые фактически остались без крова. Мы работали, а они рядом разбили лагерь и жили там. Шоковое состояние было, но не оставалось времени на эмоции. Мы прибыли в лагерь, и я спросил у наших ребят, которые только что вернулись с участка: «Как работается?» Они говорят: «Сложно объяснить, после первого выезда все поймете», – рассказал Сергей Новичук.

«Были большие пробки, и я напрягался: дорога каждая минута»

– Мы выехали на место назначения, но были большие пробки. Я напрягался, потому что понимал: дорога каждая минута. Уже прошло несколько дней после землетрясения. Приехали, а половины дома вообще не было, – вспоминает спасатель.

В первую очередь на место, где могут находиться выжившие, запускается служебная собака. Спасателям нужно оценить стабильность конструкции. Ненадежная плита легко может обрушиться под весом человека, а собака гораздо легче. Кроме того, она реагирует на человеческий запах в пустотах.

Сергей Новичук с сожалением отметил, что его группе не удалось найти выживших. Но он был свидетелем ситуации, когда из-под завалов соседнего дома достали такого человека.

– Это сразу слышно. Все кричат, хлопают, радуются. Это подхватывают все участки. Как и минуту тишины, которую объявляют, чтобы услышать кого-то из выживших. С каждым днем, с каждой минутой силы человека ослабевают. И во время этой минуты тишины на всех участках затихает работа. Глушатся двигатели, люди выбегают на дорогу и останавливают машины. Даже полицейские присаживаются на асфальт, чтобы никаким движением не спровоцировать лишний шум. Надежда живет до последнего, – сказал Сергей Новичук. – На соседнем участке спасли человека. Туда стеклись все и чуть ли не руками разгребали бетон. Определяется, есть ли живой человек, по стукам, звукам. У кого-то нет сил кричать, и он стучит, скребется о что-то. И эти звуки можно услышать только в полной тишине.

Спасатели до последнего момента надеются найти человека живым.

Фото агентства «Анадолу»

– Мы разбирали дом в 13 этажей, практически до первого этажа. Было понятно, что выживших там, скорее всего, нет. Уже и запах был соответствующий, но все равно надеешься, пока не разберешь дом до последнего кирпича, – поделился эмоциями спасатель.

Ему приходилось сталкиваться и с непростыми эмоциональными ситуациями, подготовиться к которым невозможно:

– Мы доставали погибшего человека, а под ним был ребенок. Матери защищали своих детей. Они обнимали их, закрывали собой, пытались спасти. Говорят, были случаи, когда это удавалось, и детей доставали живыми. Тяжело видеть горе матерей и отцов. От этого стараешься отключиться. Где-то отвернешься, утрешь слезу.

Несмотря на то что город оказался страшно разрушен, покинули его далеко не все. Кто-то надеется найти своих родственников, а кому-то просто некуда ехать.

– Наши парни работали на участке, где извлекали живых людей, и через дорогу жила семья, дом которой разрушился. Они разбили две палатки рядом с домом. Тогда парни предложили скинуться сухпайками. Мы немного оставили себе, чтобы минимально прожить, остальное отвезли в эту семью. И я первый раз видел, как маленькие дети радуются обычной печеньке, обычной галете. Эмоции переполняют, и ты понимаешь, что живешь в настолько комфортных условиях... И тогда переоцениваешь ценности, начинаешь еще больше дорожить тем, что у тебя есть сейчас. А у детей там одна игрушечная машинка на пятерых. Это тяжело видеть. Но чем смогли, тем помогли, – убежден Сергей Новичук.

Дома его ждала семья. За белорусских спасателей переживала вся страна, а уж родные люди ежеминутно читали новости, чтобы убедиться: страшные толчки не повторились. В лагере была налажена связь, и Сергей Новичук мог в редкие свободные минуты общаться с семьей.

– При первой же возможности звонил сыну. Я домой хотел, меня ждали, переживали. Были риски, могли случиться новые разрушения, но это наша работа. Она всегда сопряжена с риском. Были и афтершоки, они ощущались в лагере. Только прилег отдохнуть – и начинало трясти так, что стулья шатались. Но мы привыкли. Три-четыре толчка в день – это норма, – отметил спасатель.

Белорусские спасатели за время своей миссии в Турции отыскали под завалами и живых людей.

– На счету отряда шесть спасенных жизней. Команды работали по 12 часов, потом по 8. С некоторыми коллегами виделись только перед отъездом в Беларусь. Люди практически не пересекались. Была задача отработать, вернуться в лагерь, чтобы минимально перекусить. Но если что-то срочное, то могли поднять и независимо от времени отдыха, – вспоминает Сергей Новичук.

Уже по возвращении наши спасатели поделились друг с другом бесценным опытом, хоть и эмоционально тяжелым.

– Это первый выезд, первая реакция нашего государства на бедствие такого масштаба. Для отряда, для нас самих это бесценный опыт, хоть и печальный. Эмоции, как и любой мужчина, мы старались держать при себе. Домой я тоже это не приносил. Дома должны быть тепло, мир и уют. Родные ведь тоже переживали. И не только они или коллеги по службе. Ведь вся страна следила за нами, – уверен Сергей Новичук.

Наши спасатели отправились в Турцию в составе республиканского отряда специального назначения «ЗУБР» МЧС. Это отряд тяжелого класса, всего в мире таких 36.

Проект создан за счет средств целевого сбора на производство национального контента.

| По материалам БЕЛТА.

| Фото БЕЛТА.