Почему это важно? Вот для чего в Верховном суде разбирают дела нацистских преступников

Известный историк и парламентарий Вячеслав Данилович – о вечном эхе войны и цене забвения, о судах над палачами и о том, почему Беларусь настаивает на международном признании геноцида нашего народа в годы Великой Отечественной войны.

За окном яркий солнечный день и привычный шум города. Словом, жизнь – мирная и спокойная. А мы словно переносимся в другое измерение: говорим о трагедии нашего народа, о силе духа, которая провела его через страшные испытания. И о том, как важно сохранить эту память, чтобы она стала частью нас самих.

– Вячеслав Викторович, как историк вы, несомненно, сталкиваетесь с необходимостью точного, научно обоснованного определения событий. Насколько, на ваш взгляд, сам термин «геноцид» передает всю глубину страданий, которые выпали на долю нашего народа в годы Великой Отечественной войны? 85 лет прошло с ее начала…

– С точки зрения науки, анализа политики нацистских оккупационных властей на белорусской земле термин «геноцид» абсолютно верен. Он точно характеризует ту целенаправленную, систематическую политику уничтожения, которая проводилась. Это не случайные жертвы, не какие-то последствия войны. Осуществлялось планомерное истребление народа, его культуры, его будущего.

Но… И это «но» очень важное. Никакие слова, даже самые точные научные термины, не могут передать всей той боли и трагедии. Об этом нельзя просто прочитать или услышать. Такое нужно прочувствовать, пропустив через себя, свое сердце и душу. И никогда об этом не забывать: не только помнить даты и цифры, а и людей, их судьбы, ту невосполнимую утрату, которую понесла Беларусь.

Так что при научном подходе геноцид – точное определение. Но с точки зрения человеческой, с учетом той невыносимой тяжести, которую несет в себе этот период нашей истории, термин – лишь бледная тень того, что на самом деле произошло. И наша задача – донести до каждого, насколько возможно, истинную глубину трагедии нашего народа. Чтобы она никогда не повторилась.

– Нацисты ведь стремились переформатировать само существование нашего народа…

– Когда мы говорим о нацистских планах относительно Беларуси, важно понимать: это была часть чудовищной системной идеологии, направленной на полное забвение белорусского народа как такового.

В их расчетах около трех четвертей жителей должны были исчезнуть. Это не только прямое физическое уничтожение, хотя его хватало с лихвой, а и создание невыносимых условий, когда люди уходили из жизни от голода, болезней, бесчеловечного труда.

Оставшуюся четверть населения гитлеровцы видели в роли прислуги, рабов для новых германских господ. Ни о каком самостоятельном существовании, о белорусской государственности, о сохранении национальной идентичности речи, конечно, не шло. Это противоречило бы самой сути их расистской доктрины.

Все «заигрывания» с коллаборационистами, которых они пытались использовать в своих целях, не являлись признанием какой-то белорусской субъектности. Нет, это была чистая прагматика, продиктованная суровой реальностью войны. Когда стало ясно, что победа ускользает, нацисты хватались за любую соломинку. На завершающем этапе они действительно делали ставку на тех, кто пошел на сотрудничество. И важно подчеркнуть: в Беларуси таких оказалось немного. Если сравнить с масштабами партизанского и подпольного движения, которое охватывало сотни тысяч людей, то число предателей было ничтожно мало.

Нельзя забывать и о том, что с самого начала войны, с первых дней Германия поставила задачу уничтожения местного населения. Вспомните ту памятку для солдат вермахта перед вторжением, которую каждый из них имел при себе. Там прямо говорилось: любой советский гражданин является врагом Рейха, их следует беспощадно уничтожать, не щадить никого: ни детей, ни стариков. И что мы видели в первые дни войны? Летчики с бреющего полета расстреливали колонны беженцев, детей, которые купались в реке… Это разве военная необходимость? Нет, прямое проявление политики геноцида. Немецкие захватчики заявили об этом действиями, не оставляя никаких сомнений в своих намерениях.

Но вот что поразительно, и это, пожалуй, самое главное, что нужно помнить: несмотря на чудовищный геноцид, на попытку стереть наш народ с лица земли, врагу не удалось сломить его дух. Наоборот, именно в нечеловеческих условиях проявилась потрясающая сила и стойкость.

Посмотрите на цифры: 374 тысячи партизан, 70 тысяч подпольщиков. Такое масштабное движение сопротивления было бы просто невозможным без поддержки подавляющего большинства местного населения. Если бы люди сдавали своих, боялись и подчинялись, столь беспрецедентного размаха борьба не приобрела бы. Они делились последним, рисковали всем, чтобы поддержать тех, кто сражался. Бойкотировали распоряжения оккупационных властей, демонстрируя свое неприятие и несогласие.

Поэтому всегда говорю: белорусский народ – не народ-жертва. Это народ-победитель, который выстоял, сохранил свою сущность, несмотря ни на что. Нынешние правящие элиты так называемого коллективного Запада пытаются вытравить из нашей памяти именно то, что мы являемся наследниками поколения победителей. Они хотят, чтобы мы забыли, что именно наши с вами предки, многонациональный советский народ, одержали ту Великую Победу. Без этой Победы, этого подвига не было бы ни независимой Беларуси, ни самого белорусского народа.

– Для нас память о Великой Отечественной войне – святыня. Раньше как-то фокусировались на подвигах, но, кажется, не до конца раскрывали всю глубину трагедии, цену Победы. Почему же сейчас, особенно после 2020 года, стали так серьезно относиться к этой теме?

– К сожалению, приходится констатировать: здравый смысл, который мы, возможно, ожидали увидеть у наших западных соседей, не всегда проявляется. Надеялись, что уроки истории, особенно такие страшные, как Великая Отечественная война, будут извлечены. Но, увы, видим другое.

События последних лет показали их стремление навязывать нам свои представления о том, как мы должны жить, какие «европейские ценности» нам следует принимать. Но давайте будем честны: эти «ценности» зачастую оказываются лишь красивой оберткой для того, что на самом деле ведет к деградации. Для нас это неприемлемо.

Мы рассчитывали на разум, но те, кто сегодня находится у руля там, похоже, забывают о главном. История неоднократно доказывала: любые попытки с Запада подчинить нашу территорию, начиная с крестоносцев и заканчивая более поздними вторжениями, каждый раз заканчивались провалом. Наши предки всегда умели дать отпор.

Они хотят, чтобы мы забыли о том, что здесь происходило. А ведь в годы Великой Отечественной войны на нашу землю пришли устанавливать нацистские порядки не только немцы. И в вермахте, и в частях военных сателлитов Германии служили представители более 20 европейских национальностей. Фактически сюда пришла объединенная Гитлером Европа. Даже те государства, которые формально не объявляли войну Советскому Союзу – Испания или Вишистская Франция, – дали зеленый свет своим добровольцам на восточный фронт. Из них были сформированы небезызвестная дивизия «Шарлемань» – из французов, «Голубая дивизия» – из испанцев, которые оставили кровавый след на нашей земле. Кстати, именно французы из «Шарлемань» до последнего патрона обороняли рейхстаг в Берлине. Об этом сейчас не любят вспоминать. Но мы-то помним!

Почему же мы раньше не говорили так активно о геноциде, о всей полноте трагедии? Повторюсь, рассчитывали на добрую волю, на то, что уроки будут извлечены, что будет признана вина. Мы не хотели бередить старые раны, учитывая и геополитические интересы. Ведь те же Польша, Чехословакия, ГДР стали нашими союзниками по социалистическому лагерю.

Но жизнь показала: такой подход не совсем верный. Необходимо говорить обо всем, что происходило на нашей земле: и о героизме, и о трагедии. Прежде всего, чтобы мы сами не забыли, наши потомки помнили. Но и чтобы западные оппоненты знали и постоянно держали в памяти. И были уверены: мы будем отстаивать наш суверенитет, право жить своим умом на этой земле до последнего.

– Суды над теми, кто совершал зверства на нашей земле, но уже ушел из жизни, – попытка восстановить справедливость или же скорее юридический шаг, направленный на осмысление пережитого и урок будущим поколениям?

– Для меня это прежде всего акт восстановления справедливости, которая заключается в правильной, честной оценке преступных деяний, без прикрас и искажений. Когда Верховный Суд выносит вердикт, он не только осуждает конкретного человека, но и фиксирует факт чудовищного преступления, создает неоспоримый юридический документ, который говорит: «Вот это – геноцид, преступление против человечности. Вот это – чудовище в человеческом обличье».

Время идет, и, к сожалению, история знает примеры, когда людей, совершивших немыслимые злодеяния, пытались представить героями, борцами за правое дело. Вспомните, как после распада Советского Союза некоторые пробовали возвеличить коллаборационистов, тех, кто сотрудничал с оккупантами, участвовал в расправах над мирным населением. Яркий пример – Франтишек Кушель. Человек, который менял свои убеждения как перчатки, лишь бы остаться у властной кормушки и получить личную выгоду. Он начинал в национальном движении, был агентом польской дефензивы, потом НКВД, затем германской тайной полиции, сотрудничал с западными разведками. И при этом его пытались представить героем, защитником белорусского народа. Это недопустимо! Древнейшая мудрость гласит: на кого равняешься, в того и превращаешься!

Поэтому, на мой взгляд, абсолютно правильно делаем, что расследуем уголовное дело по фактам геноцида белорусского народа и даем правовую оценку в судах. Это фундаментальная работа по сохранению исторической правды и защите будущего. Чтобы ни у кого не было возможности вытащить из пыльных архивов эти черные, чудовищные фигуры и попытаться представить их в белом одеянии, как героев. Это нужно прежде всего нашим детям и внукам, чтобы они знали истину и никогда не позволили переписать историю в угоду чьим-то интересам.

– Еще в октябре 2024 года на заседании Республиканского совета по исторической политике вы говорили о том, что факт геноцида белорусского народа в годы Великой Отечественной войны должен быть признан мировым сообществом. Почему это важно, на ваш взгляд, и что изменилось за прошедшее время?

– Признание на международном уровне геноцида белорусского народа – не формальность, это вопрос справедливости и памяти, то, что мы обязаны сделать для тех, кто прошел через ад войны, кто погиб, и для будущих поколений.

Почему это важно? Потому что отрицание или замалчивание таких трагедий – путь к их повторению. История учит нас: равнодушие к страданиям одних становится приглашением к насилию для других. Белорусский народ понес колоссальные потери, его земли были разорены, национальную идентичность и культуру пытались стереть с лица земли. Это был целенаправленный, систематический акт уничтожения. И мир должен увидеть, признать геноцид нашего народа в годы Великой Отечественной войны. Стремление белорусов к международному признанию геноцида – это борьба за правду, чтобы будущие поколения знали истинную цену мира, за который боролись их деды и прадеды.

Но что сейчас мы с вами наблюдаем? Происходит крушение несправедливого однополярного мироустройства, в котором заправляет коллективный Запад во главе с англосаксами, стремящийся сохранить свое влияние любой ценой. Борьба за власть, которую ведут те, кто привык быть наверху, порождает хаос, конфликты. И здесь я хочу подчеркнуть: наша главная задача – не столько добиться внешнего признания, сколько самим для себя четко и недвусмысленно зафиксировать эту правду. Огромная работа, проделанная Генеральной прокуратурой, установление конкретных фактов, имен, дат – это фундамент. Мы должны быть уверены в своей правоте, говорить об этом открыто, без страха.

Материалы, которые Генеральная прокуратура направила за рубеж, – шаг в правильном направлении. Они дают пищу для размышлений, заставляют задуматься тех, кто, возможно, предпочитал не видеть и не знать. Верю, что ситуация обязательно переломится. Мы движемся к новому, справедливому многополярному мироустройству, где нет места диктату и уважают суверенитет каждого народа. В таких условиях накопленные нами факты, горькая, но неоспоримая правда обязательно найдут свое место и признание.

Но повторюсь, это не самоцель. Главное – сохранение нашей общей исторической памяти. А признание мировым сообществом – уверен, неизбежный, но не самый быстрый этап на этом пути. Вопрос только во времени. Мир должен признать, а история – осудить.

– Спасибо за содержательный разговор!

Данилович Вячеслав Викторович

Родился в 1973 году в Полоцке. Окончил БГПУ имени Максима Танка по специальности «преподаватель истории и социально-политических дисциплин», там же – аспирантуру, докторантуру Института истории. Доктор исторических наук, доцент.

Учительствовал, преподавал и работал на различных должностях в БГПУ имени Максима Танка, заместителем директора по научной работе, директором Института истории НАН, ректором Академии управления при Президенте Республики Беларусь.

Заместитель председателя Постоянной комиссии по образованию, культуре и науке Палаты представителей. Член Республиканского совета по исторической политике при Администрации Президента Республики Беларусь.


| Беседовал Игорь Гончарук, журнал «Беларуская думка».