Хотела доказать бабушке. Почему Татьяна Колганова решила стать актрисой в России?

– Я родилась в Молдавии еще в те времена, когда был Советский Союз. Волею судеб родители оказались там. Скорее всего, в моих жилах не течет молдавская кровь, но я безумно счастлива, что детство и юность до десятого класса я провела в этой солнечной стране. Это потрясающе, это замечательно.

Татьяна говорит, что впитала молдавскую культуру, открытость и веселый огненный темперамент.

– Прелесть что такое. Молдавские свадьбы, которые во дворах устраивались, и всем двором гуляли. И взрослые готовили, кто что умеет лучше. А мы, дети, крутились под ногами. Было очень здорово и интересно.

Родители перебрались из Молдавии к Татьяне уже в пожилом возрасте.

– Просто потому, что были старенькие и нужна была моя помощь и моей сестры. Я счастлива, что в последние годы они были с нами. В городе Бельцы остались могилы бабушки и дедушки, тети, двоюродного брата. Это мои корни, меня туда тянет. Сейчас логистика перелетная достаточно сложная, но я очень надеюсь, что удастся выбраться.

Наша героиня родилась в Бельцах – это северная столица Молдавии, а сегодня живет в северной столице России – Санкт-Петербурге.

– В Петербург, тогда еще Ленинград, когда закончила школу и поехала поступать в театральный, я просто влюбилась сразу. Город стал судьбой, что называется.

– Не помню, что за фильм, но, сопереживая, я стала плакать. В принципе, многие люди, когда сопереживают, нет-нет, да и всплакнут. Чтобы ребенок не страдал, мне объяснили, что это все игра и ненастоящее. «Да у нее и слезы-то парафиновые», – сказала мне бабушка. Я подумала: «Ну, нет. Я же верю! – а ребенка трудно обмануть. – Я же вижу, что она плачет по-настоящему». И я стала доказывать бабушке – бабушка доказывала свою правду, опять же, пытаясь меня успокоить.

Зрелое решение о карьере пришло, конечно, позже.

– Это, конечно, я сказала для красного словца, что именно в этот момент решила стать актрисой, чтобы проверить, и, как мне кажется, доказать бабушке мою правду. Что нет, актрисы все-таки плачут по-настоящему. Но я задумалась, наверное, с этого момента об актерской профессии, и меня она заинтересовала. С самого детства я именно к этому и стремилась.

– Мне хотелось заниматься актерской деятельностью. При том что в Чехии я снялась в кино, и не в одном проекте. В какой-то момент меня стали приглашать в театральные постановки. Если бы я осталась, думаю, творческая деятельность сложилась бы.

Татьяна, кстати, была нашей коллегой – ведущей программы о кино на чешском телевидении.

– В общем, была достаточно известной русской актрисой в Чехии. Уже выучила язык, каким-то образом говорила. Но все равно языковой барьер, как бы то ни было, – был акцент. Přízvuk, как говорят чехи. Видимо, он был приятным, не режущим слух чешского человека, этот přízvuk, иначе бы я не была ведущей на телевидении. Но все равно это меня ограничивало какими-то рамками: я играла русских, которые в Чехии каким-то образом оказались.

И, возможно, сложилась бы карьера Татьяны Колгановой совсем по-другому, но ей предложили интересный проект.

– Мне очень захотелось. Помню, проглотила книжки Дмитрия Вересова «Черный ворон», «Полет ворона». И потом – а-а-а! – мы с ним познакомились. Димочка совершенно чудесный. Я подумала: «Как классно в этом-то поиграть». Муж мой на тот момент как раз закончил театральный институт у Льва Борисовича Эренбурга. Они выпустились с дипломным спектаклем «В Мадрид, в Мадрид!», и он прогремел сразу на весь Петербург. Потрясающий спектакль, до сих пор существует в репертуаре. Мне так нравилось, как они работают, мне так нравилось, что делает Лев Борисович Эренбург, что я прямо очень хотела. Ребята еще после окончания театралки решили остаться и попробовать сделать свой театр – вдруг получится?

Актрисе очень хотелось работать в «новорожденном» театре.

– Мы очень тяжело существовали в бытовом плане, но как-то Господь вел, что называется. Понимала, что творчеством хочу заниматься с этими людьми, этим режиссером. А это было в Петербурге. Тут как раз еще и «Черный ворон». Так я вернулась в профессию именно в Россию.

– Мой большой друг и коллега. Еще и режиссер, Вадим в нашем театре поставил несколько спектаклей. «Валентинов день», в котором я участвую.

Есть и другие совместные проекты.

– Во времена пандемии, когда мы все сидели по домам, нужно было при этом что-то делать. И хотелось. Собственно, тогда Вадиму Сквирскому пришла в голову идея сделать «Иранскую конференцию» по пьесе Ивана Воропаева. Оттолкнулся от слова «конференция» – тогда все вышли в Zoom и у всех были конференции в Zoom. Мы прочли пьесу и сняли кино на iPhone. Специально купили последнюю модель, чтобы была получше камера.

Силами театра получился полуторачасовой фильм.

| Подготовлено по видео БЕЛТА.

| Фото из Instagram Татьяны Колгановой.