Спорят до сих пор: кто на самом деле устроил «Огненную ночь» в Осиповичах?

После знаменитой «Огненной ночи» в Осиповичах возникла путаница: сразу четыре подразделения отчитались о диверсии. И до сих пор историки не могут прийти к какому-то однозначному выводу.

– Отчитались Королев, 1-я Бобруйская бригада – знаменитый Ливенцев Виктор Ильич, «Храбрецы». Спустя некоторое время отчитался и Филипских – командир бригады «Пламя». Но Филипских сразу отпал, потому что Королев объяснил, что эта диверсия была совершена с Крыловичем, – рассказал научный сотрудник Осиповичского районного историко-краеведческого музея Валентин Шпак.
– В этой диверсии участвовали разные силы, которые организовывали и вели партизанское движение в Беларуси, соответственно столкнулись их интересы. Во-первых, спецотряд НКВД СССР «Храбрецы» под руководством Александра Марковича Рабцевича. Мину передали оттуда, то есть какой-то элемент первенства есть у НКВД. Отчетность пошла на стол главе НКВД Берии, конечно же. С другой стороны, Крылович никогда бойцом отряда «Храбрецы» не был – знакомство (видимо, заочное) произошло не раньше июля 1943 года. Кто его вывел на этот отряд? Видимо, Павел Воложин, уполномоченный Центрального комитета Ленинского коммунистического союза молодежи, – добавил доцент кафедры истории южных и западных славян БГУ, кандидат исторических наук Сергей Александрович.

Примерно в это же время отряд «Храбрецы» совершил диверсию между Бобруйском и Жлобином и захватил образцы химического оружия.

– Образцы направили в центр. Сталин предъявил их союзникам как аргументы и факты о том, что Германия ведет подготовку к химическим атакам. В заслуги отряда «Храбрецы», как ни странно, сейчас больше относят этот эпизод, а не организацию диверсии Крыловича, – считает Валентин Шпак.

Крылович понимал, что ему нельзя было оставаться в городе, чтобы не вычислили. Он ушел к партизанам 1-й Бобруйской бригады.

– Ливенцев его как опытного подпольщика назначил руководителем диверсионной группы. Диверсии последовали одна за другой. Видимо, Крылович не терял связи с подпольем, потому что почти все они так или иначе касались Осиповичей: трансформаторная подстанция, стрелочный узел, уничтожение автомашин вокруг города. До конца 1943 года он действовал как очень опытный профессиональный подпольщик, партизан, минер и подрывник. Очень опасная работа, и, как говорили потом родственники, он неоднократно получал контузии, – объяснил Сергей Александрович.

Все эти контузии подорвали здоровье Крыловича. После освобождения Осиповичей он намеревался вступить в ряды Красной армии и идти на Запад, но медицинская комиссия его забраковала. Крылович пошел работать на родной железнодорожный вокзал. На здоровье сказалась и трагедия в семье: на войне погибли его брат и сестра, отец вернулся инвалидом. Что случилось дальше? Смотрите в видео БЕЛТА.


| Подготовлено по видео БЕЛТА.