«Астробудка» под Минском: побывали в необычном доме и познакомились с владельцем

Недалеко от деревни Зеленый Сад, в садовом товариществе всего в нескольких десятках километров от столицы появился необычный дом – двухэтажный, с загадочным куполом на крыше. Сначала никто не придал этому особого значения: многие минчане выбирают такие места для жительства или, по крайней мере, для дачи. Но когда контуры купола стали отчетливо видны, вокруг сразу зашептались: «Не иначе, как мечеть строят».

Любопытство взяло верх, и один из местных решился спросить хозяина напрямую. Ответ оказался неожиданным: никакой мечети здесь не будет, зато появится… обсерватория – настоящая, созданная с любовью и мастерством. А строит ее Михаил Харламов – главный инженер «Минскпроекта» и страстный астрофотограф, человек, который знает о звездах многое.

Мы встретились с Михаилом в его святая святых – месте, где он проводит часы, наблюдая за космосом через телескоп по цене автомобиля. Он поделился не только секретами своего необычного увлечения, но и рассказал о загадочной звезде, которая словно растворилась в бескрайних просторах Вселенной.

Сельская обсерватория Михаила Харламова: этапы большого пути

Дачная обсерватория Михаила Александровича расположилась в тихом уголке Логойщины, где время будто замедляет ход. Здесь просторно и уютно, нет ничего лишнего: стол с компьютером, простой табурет и, конечно же, главный герой – его величество телескоп. Он средних размеров, но его вид внушает уважение: огромное зеркало, словно око, смотрящее в бесконечность, дополнительные оптические приборы и массивная монтировка. Телескоп стоит в центре, приковывая к себе взгляды всех, кто сюда попадает.

Каждый гость, будь то старый друг семьи Харламовых, сосед или любопытный журналист, неизменно просит заглянуть в окуляр. И Михаил Александрович никогда не отказывает. Он знает, что устоять перед искушением хотя бы одним глазком прикоснуться к тайнам космоса просто невозможно, ведь небо, близкое и одновременно такое далекое, всегда манило человека, пробуждая в нем глубокие вопросы и самые смелые мечты.

С теплой улыбкой инженер вспоминает, как полвека назад совершенно неожиданно для себя и окружающих он сам был захвачен этой вселенской загадкой.

– В нашей семье никогда не было астрономов, – смеется Михаил Харламов. – Я и сам был увлечен судо- и авиамоделированием, далеким от звезд.

Но однажды, листая учебник астрономии своего старшего брата, он заметил ее – туманность Андромеды. Черно-белое нечеткое изображение поразило его масштабами и неземной красотой. В тот момент и зародилось непреодолимое желание увидеть это чудо своими глазами.

Так начался долгий и увлекательный путь Михаила Харламова через тернии к звездам. Полный решимости пятиклассник записался в кружок при планетарии, погрузился в чтение книг и статей о космосе. На уроках астрономии школьная учительница уже боялась вызывать его к доске – Михаил мог часами вдохновенно рассказывать о звездах, увлекая всех вокруг. А однажды с помощью отца даже собрал свой первый телескоп.

– К тому времени я уже посещал кружок по телескопостроению, поэтому имел представление о том, как этот прибор устроен, – рассказывает Михаил Александрович, с благодарностью вспоминая отца, который с готовностью воплощал в жизнь все его идеи. – Мы подошли к делу основательно: зеркала для телескопа шлифовали и полировали сами, на зеркальной фабрике, что была неподалеку от универмага «Беларусь», напыляли отражающее покрытие из алюминия. После первого телескопа сделали второй – оба я передал планетарию, когда вырос. А в моей нынешней обсерватории до сих пор хранятся два других, собранных уже в студенческие годы.

Параллельно с этим Михаил Харламов осваивал искусство фотографии. Ведь чтобы повторить то самое завораживающее изображение из учебника, нужно было научиться делать снимки. Отец снова поддержал сына: зимой они вместе отправлялись в заснеженный лес на лыжах, чтобы Михаил мог запечатлеть пейзажи в объектив своей «Смены-8М». Фотографии получались черно-белые и далеко не всегда удачные, но мальчик не сдавался. Он верил, что однажды в его альбоме появится собственный снимок туманности Андромеды.

Казалось, его путь предопределен – стать астрономом, постигать тайны Вселенной. Но юношеские мечты столкнулись с суровой реальностью: в те годы космические науки были доступны лишь в университетах Москвы и Ленинграда. А в шестнадцать лет мысль об отрыве от родного дома, о страхе одиночества и потери поддержки казалась непреодолимой.

И тогда, взвесив все за и против, Михаил сделал неожиданный выбор. Его старший брат Василий уже учился в Белорусском политехническом институте на строительном факультете. Так, словно по велению судьбы, в семье Харламовых зародилась строительная династия, начавшаяся с отца – Александра Васильевича. И, как оказалось, эта семейная традиция продолжилась.

– И мой сын пошел по нашим с папой и братом стопам, – с теплотой говорит Михаил Александрович.

О своем выборе он ни разу не пожалел. Сегодня Харламов с гордостью может сказать, что работал над знаковыми объектами столицы. Он участвовал в преображении Белгосцирка, Национального аэропорта и стадиона «Динамо», а также многих других строений.

Каждый из этих объектов – отдельная история, полная инженерных вызовов.

– Вспомним аэропорт: на первый взгляд, обычное здание, но на деле – сложнейший технический проект. Задача состояла в том, чтобы возвести новые фундаменты и укрепить существующие, причем сделать это, не останавливая работу аэропорта, – рассказывает Михаил Александрович. – Пришлось использовать уникальную мини-технику, чтобы справиться с этой непростой задачей. Или стадион «Динамо»: его новые осветительные мачты – настоящее произведение искусства, с необычным углом наклона. Расчет нагрузок – ветра, гололеда, снега, конструкции мачты – требовал такой точности и трудоемкости, что для проверки пришлось привлечь даже научное сопровождение.

Обсерваторию над двухэтажным коттеджем инженер называет… астробудкой

Но самым, пожалуй, неординарным проектом главного инженера «Минскпроекта» стала его собственная деревенская обсерватория. Для него это не только здание, а воплощение давней мечты. Каждый элемент был спроектирован и создан своими руками, а строить помогали отец и сын.

– Строительство началось в апреле 2010-го, а до этого примерно полгода прошли в творческих муках: я начертил кучу проектов здания из разных материалов, – вспоминает Михаил Александрович.

«И мой сын пошел по нашим с папой и братом стопам».

В итоге он нашел идеальное решение: деревянный каркасный утепленный дом с отдельно стоящей колонной под телескоп. Этот вариант требовал минимум земляных и бетонных работ, а также не нуждался в специфичных инструментах и материалах. Так мечта благодаря упорству и семейной поддержке обрела реальные, осязаемые формы.

Галактика Андромеды

Когда дело дошло до возведения купола, Михаил Александрович решил довериться дереву. С металлом работать не хотелось, а пиломатериалов было в избытке, да и весь необходимый арсенал инструментов под рукой. Хотя сам он признается, что в этом деле больше теоретик, чем практик, тем не менее рискнул. Представьте: арки купола гнулись прямо на крыше, скреплялись клеем, гвоздями и шурупами. Это было то еще испытание, ведь сучки в дереве то и дело заставляли доски трескаться. Но желание укрыть обсерваторию от осенних дождей и зимних холодов было сильнее. Чтобы не ждать стального кольца для основания купола, Харламов сделал его из дерева, позже, конечно, заменив на более прочное стальное.

Деревенская обсерватория словно чудо техники. Купол послушно следует за телескопом, а его створки открываются и закрываются по нажатию кнопки. Но так было не всегда. В первые годы, чтобы увидеть небесные чудеса или запечатлеть их на фото, Михаилу Александровичу приходилось открывать купол вручную – задача не из легких. Тем не менее даже в лютые морозы, в любую ясную ночь, его можно было найти здесь, на даче. Он «ловил» звезды до самого утра, пытаясь ухватить их ускользающую красоту, спал всего пару часов, а затем мчался на работу в Минск. Этот сумасшедший график стал для него привычным. Еще тогда, когда обсерватория была лишь мечтой, Харламов срывался за город при любой возможности.

Галактика Водоворот

Он вспоминает, как в -20°C и ниже мчался за город с телескопом, чтобы провести съемку. Часы уходили на установку и ожидание, пока телескоп остынет до температуры окружающей среды. Холод пробирал до костей и приходилось бегать греться в машину. А потом – полночи, проведенные в надежде на хотя бы один удачный кадр. После этого технику весом более 20 килограммов приходилось укрывать одеялами и нести на руках в квартиру.

Профессиональный телескоп Celestron – предмет особой гордости Михаила Харламова, этот аппарат оснащен по последнему слову техники. Вместе с основной камерой и вторым маленьким телескопом со вспомогательной камерой он подключен к компьютеру.

– Первая камера снимает выбранную область неба. Вторая каждую секунду сканирует его, оценивая малейшие погрешности механики и передавая данные на компьютер, что позволяет корректировать работу большого телескопа, – объясняет Михаил Александрович. – Благодаря этому звезды на снимках получаются относительно круглыми.

Туманность Ориона

Хотя, признается он, иногда случается и брак, когда небесные тела приобретают форму, напоминающую сосиски. Обычно одна ночь посвящается одному объекту. Харламов снимает все: от планет Солнечной системы до затмений, но особенно его завораживают туманности и галактики.

«Благодаря этому звезды на снимках получаются относительно круглыми».

Интересна предыстория появления у Михаила Александровича профессионального телескопа. В 2008 году инженер переехал в Москву, где его ждала достойная зарплата, но и немало испытаний. Бесконечные пробки, где приходилось проводить часы, и постоянная необходимость быть на колесах из-за специфики работы – все это создавало напряженный ритм жизни, к которому он так и не смог привыкнуть. Всего через год на семейном совете решили вернуться в родной Минск. И именно перед отъездом, в предвкушении новой жизни, он сделал себе «звездный» подарок. Инженер мог бы купить машину, но рассудил иначе: автомобиль – вещь временная, а оптика, как известно, не стареет и не теряет своей ценности. Выбор был очевиден.

Именно после приобретения профессионального телескопа и зародилась дерзкая мысль – построить собственную обсерваторию. Харламов прекрасно понимал, что такой сложный и требовательный к уходу прибор не терпит суеты и постоянных перемещений. Идея была озвучена семье и, к его радости, встретила полное понимание и поддержку. Никто не сомневался, что из этого получится нечто интересное и захватывающее.

Луна

Неожиданно пригодились навыки, которые, казалось бы, остались в далеком прошлом. В 1990-е годы Харламов виртуозно обращался с паяльником, занимаясь ремонтом самой разной техники. Он даже смог собрать магнитофон, который работал безупречно, с возможностью программирования воспроизведения! Этот опыт оказался бесценным, когда пришло время автоматизировать обсерваторию. Нужна была лишь искра, идея. И он нашел ее, адаптировав зарубежное решение под свои нужды. Созданный им контроллер, управляющий всей работой обсерватории, собран на базе доступных китайских комплектующих.

На свой полувековой юбилей Михаил Александрович сделал себе еще один царский подарок, который не купишь в обычном магазине, – мощную астрокамеру. Это нечто совершенно особенное. Забудьте о привычных фотоаппаратах. Перед нами скорее сложный цилиндр, лишенный многих привычных деталей. Все, что нужно для получения захватывающих снимков космоса, пришлось приобретать отдельно.

Уже десять лет обсерватория для семьи Харламовых служит дачей. Михаил Александрович с присущим ему юмором называет ее астробудкой, утверждая, что здесь комфортно в любое время года. Нижние этажи обжиты с практичностью: здесь нашлось место и для санузла, и для кухни, и для спальни. Стены же, словно порталы в иные миры, украшены завораживающими фотографиями космоса. Среди них – та самая туманность Андромеды, с которой началась эта звездная история, и снимок загадочной пропавшей звезды, над разгадкой которой сейчас бьются лучшие умы астрономии.

Телескоп и компьютер работают как один механизм

– Речь о красном сверхгиганте M31-2014-DS1, что находится в галактике Андромеды – нашей ближайшей космической соседке, – поясняет Михаил Харламов, проводя нас по своим владениям. – В 2023 году эта звезда исчезла. И что самое удивительное, никакого взрыва сверхновой, который обычно сопровождает подобные события, не произошло. У меня есть два снимка, сделанных с разницей в пять лет: на первом M31-2014-DS1 еще сияет, а на втором – уже нет. Что именно случилось со звездой, пока остается загадкой. Есть предположения, что она схлопнулась в черную дыру. В любом случае ее изображение как напоминание о непостижимости Вселенной хранится здесь, в моей обсерватории.

«Наша энергия, поступки, наша любовь продолжают жить, как свет далеких галактик».

В тишине обсерватории, где, кажется, воздух пропитан легким ароматом звездной пыли, Михаил Александрович часто задумывается о планетах и людях. Он видит в далеких галактиках отражение нашей собственной жизни – такой же мимолетной, но полной удивительных событий. Каждая звезда, даже та, что исчезла без следа, оставила свой след в истории Вселенной, подобно тому, как каждый человек оставляет свой след в сердцах других. И пусть его астробудка теперь служит и местом отдыха, и напоминанием о земных заботах, она остается для него местом, где можно прикоснуться к вечности, где каждая фотография – застывшая во времени история, полная тайн и надежд. Где совершенно очевидно, что люди – тоже своего рода звезды: рождаются, сияют какое-то время, оставляют свой свет, а потом… Кто-то уходит тихо, как угасающая звезда, а кто-то взрывается, оставляя после себя яркий след, который еще долго будет освещать путь другим. И даже если нас больше нет, наша энергия, поступки, наша любовь продолжают жить, как свет далеких галактик, доходящий до землян спустя миллионы лет.

С легкой грустью Михаил Александрович признается, что в последние годы астрофотография отошла на второй план. Жизнь действительно подбросила новые заботы. Сейчас он занят строительством нового дома на месте того, который когда-то возводили его родители. В обсерваторию заглядывает лишь изредка, чтобы передохнуть от суеты и, конечно же, посмотреть на звезды в телескоп. А еще чтобы помечтать о том времени, когда он наконец выйдет на пенсию и полностью переедет жить на эту тихую дачу. Тогда, уверен наш герой, он сможет осуществить еще одну свою заветную мечту – переснять туманность Ориона в идеальных условиях.

– Это задача не из легких, – с энтузиазмом делится Михаил Александрович. – Туманность Ориона предстает в нашем регионе во всей красе лишь один месяц в году, в ноябре. В остальное подходящее для съемок время курорт «Силичи» находится на пике активности: для любителей вечерних и ночных спусков включают мощные прожекторы, а их свет безжалостно портит изображение, ведь туманность расположена относительно низко над горизонтом. К тому же ноябрь редко балует нас ясными ночами. Но я не сдаюсь. Каждый год пытаюсь сделать этот снимок, веря, что однажды мне это удастся. И тогда, я думаю, почувствую такое же глубокое удовлетворение, как в тот момент, когда была достроена эта обсерватория и моя давняя звездная мечта обрела реальность.

Именем Михаила Харламова названа звезда в созвездии Цефей

Михаил Александрович смотрит на снимок туманности Андромеды, той самой, что когда-то зажгла в нем искру любопытства. Наверняка вспоминает себя юным, полным наивных вопросов и безграничного восторга перед необъятностью космоса. Тогда звезды казались ему далекими, холодными бриллиантами, россыпью которых можно любоваться, но к которым никогда не прикоснуться. Спустя годы Михаил Харламов точно знает, что каждая звезда – это целый мир со своей историей, драмами и чудесами.

Он переводит взгляд на фотографию своей семьи, прикрепленную к стене рядом со снимком туманности. Жена Ирина Владимировна и сын Евгений Михайлович – его личное созвездие, пусть небольшое, но греющее радостью и смыслом. А еще Михаил Александрович знает, что в этом году, как и во все следующие, небо в ноябрьские ночи в Силичах будет по-прежнему облачным. Но это не остановит его. Он будет снова и снова настраивать свой телескоп, чтобы перефотографировать туманность Ориона. И когда задуманное, наконец, получится, уверена: наш герой почувствует себя частью Вселенной, которая продолжает рождать звезды и дарить надежду. И не усомнится, что его жизнь, как и каждой звезды, имеет свой смысл, сияние и место в бесконечном танце космоса.


| Елена Крылова, журнал «Беларуская думка».