Фото БЕЛТА
Похоронный бизнес или, как теперь говорят, работа в ритуальной сфере, всегда была окутана массой слухов и домыслов. Во-первых, неподготовленного человека тема действительно может напугать. Во-вторых, кажется, что деньги за услуги, которые рано или поздно будут нужны всем, льются просто рекой. Так ли это? Спросили учредителя ООО «Городская ритуальная служба» Евгения Козлова.
– Куча предрассудков, в том числе про то, что работают бандиты в малиновых пиджаках. Но когда попадаешь в сферу, понимаешь, что вокруг много адекватных интересных людей. На всех этапах встречаются абсолютно милые люди, которые не пьют (как все считают) в моргах, не употребляют запрещенные вещества, а активно развиваются и внедряют новшества в эту сферу.
Евгений говорит, что представление о том, что на кладбище ходишь по костям, а в морге воняет и горы тел, ложные. Современные морги – это вполне достойные места с хорошими условиями, если можно так сказать.
– Иногда я видел, что люди могут создавать себе худшие условия жизни, чем сейчас идет отношение к усопшим. Когда смотришь изнутри, стереотипы меняются, рассыпается картинка. Ага, бандитов нет, гор тел я не вижу, кругом не воняет…
И в принципе, такая же работа и такие же люди.
– Люди, которых встречаешь, ситуации – это затягивает. Плюс решение разных задач: судебное вскрытие, патологоанатомическое, отказаться или нет, увоз в другой регион или другую страну. И еще один момент: чувствую себя нужным, необходимым.
Разумеется, не все готовы пойти в эту сферу.
– Когда я начал работать, было лето 2010 года, стояла большая жара, смог. Не хватало сотрудников ритуальной сферы. Были моменты, когда по двое-трое суток мы не спали. Звонили клиенты: «Ну пожалуйста, приезжайте». И я отвечал: «Мне нужно поспать хотя бы три часа, я засну за рулем, если к вам поеду». В этот момент, видимо, я почувствовал свою необходимость – если сейчас откажу, им некуда обратиться, потому что все работали на пределе. Видимо, в эту необходимость я и попал.
Евгений говорит, что желающих работать в сфере ритуальных услуг на самом деле хватает. Но большинство приходит за деньгами, веря, что тут они сыплются с небес.
– Нет, это, к сожалению, не так. Большое заблуждение. Многие считают, что это вечный бизнес, если ты в нем работаешь, то до конца своих дней обеспечен и работой, и деньгами. Тут также работают правила рынка, борьба за клиента. Многие компании или даже сотрудники, которые были у нас, в какой-то момент поверили в себя и открыли свои ритуальные бюро или магазины. По опыту, в течение года или двух они закрываются. Потому что очень большой объем работ нужно соблюдать и, самое главное, заработать авторитет у людей, чтобы тебе могли доверить организацию похорон. Я бы сказал так: людей, которые пришли за деньгами, ритуальный рынок сам перемалывает и выплевывает.
Родные специалиста отнеслись к его профессии очень спокойно.
– Самое главное – это мама, которая не понимала: как это – кремировать, зачем? Она ярый противник. В принципе, наверное, до этого момента не знала, что есть кремация. Или где-то за границей есть, но не у нас. А когда уже рассказал, что есть крематории: как это – сжигают? Без гроба? И как с клиентом, подробные многочасовые разговоры, что это такое и как работает. Потому что она старых устоев: чтобы прощались дома, ночь переночевал покойный дома, девятый, сороковой день. Объяснял: «Это твое убеждение, но бывают и другие мнения, и другие обряды».
Когда появился первый магазин в Борисове, в предпасхальные праздники открыли выездную торговлю в Печах (военный городок рядом), мама уже помогала – в том числе выходила продавать венки.
– Втянулась, что ли. Мы уже спокойно на эту тему разговариваем, рассуждаем. Понимает все аспекты, более образованна в сфере ритуальных услуг. Более того, сейчас активно общается со своими подругами и рассказывает, что, как и где. И дает консультации, как должно происходить.
А что насчет профдеформации?
– Совсем отнекиваться, что нет никакой, конечно, не буду. У человека, который работает в этой сфере, отношение к смерти намного проще и легче, чем у того, кто сталкивается с этим впервые. Проще говорить, рассуждать, даже пошутить. Даже в адрес себя: «Ой, если я так-то – меня туда-то». Когда в компании собираются два-три ритуальных агента и несколько человек не из сферы, и агенты начинают между собой шутить, для них это норма, а для других людей может быть небольшим шоком. Более спокойное отношение ко всему этому.
| Подготовлено по видео БЕЛТА.
| Фото БЕЛТА.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Ничто человеческое им не знакомо. Как не стать жертвой «похоронных» мошенников?
Кремация или семейное захоронение? Эксперт рассказал, в чем разница
Что такое прижизненный договор о похоронах и как он работает?
- размещаются материалы рекламно-информационного характера.
