25.11.2024

Можно ли в Антарктиде сходить в гости на соседние станции? Рассказывает полярник

Фото БЕЛТА

Как международные станции взаимодействуют в Антарктиде? Об этом, а еще о законсервированном поселке и антарктических оазисах рассказал в проекте «Честный рассказ» начальник Белорусской антарктической экспедиции Алексей Гайдашов.

Что касается взаимоотношений… Наверное, нужно начать с этого. Мне пришлось зимовать в Антарктиде во времена Советского Союза, когда два непримиримых лагеря были, холодная война в разгаре. США – один полюс, Советский Союз – другой полюс. Но в то же время Договор об Антарктике декларирует, что Антарктида – нейтральная зона мира. Казалось бы, две эти мощные системы должны были «бодаться» и там. Но, вы знаете, там этого нет.

На мой взгляд, там все-таки некая ситуация будущего мироустройства, которое может быть. Потому что там по-другому нельзя, мы зависим друг от друга полностью – неважно, ты американец, японец, кореец, француз или еще кто-то. Взаимопомощь, взаимовыручка, поддержка безусловны. Без всяких согласований с большой землей, руководством, партией или еще кем-то. Если в этом есть необходимость, безусловно, мы приходим на помощь друг другу, поддерживаем друг друга. Да, мы можем уйти с этого континента и, как это говорят, встать по разные стороны баррикад в других отношениях. Но, когда мы находимся там, одна команда должна быть. В целом так и продолжается.

Антарктида – континент весьма слабонаселенный, если уж говорить об этом. Постоянного населения нет, сменный состав станций. Размещены они преимущественно по береговой линии с точки зрения логистики, доступа судов ледового класса, безопасности и того, что в Антарктиде всего около 4-5% поверхности – это скальные выходы, то есть твердь земная. Все остальное – лед, ледовый купол, снег и так далее.

Кстати, из 67 стран, которые входят в систему Договора об Антарктике, только 30 имеют в ней станции, в том числе Беларусь. То есть мы на уровне мировых самых продвинутых и мощных экономик. Это тоже, знаете, дорогого стоит. Станции в основном размещены по периметру побережья, а между ними в большинстве случаев сотни и тысячи километров. Поэтому говорить о том, что мы ходим друг к другу в гости, на лодочке приплывем или еще как-нибудь, не приходится.

Редкие случаи, когда большой, как это называется в Антарктиде, оазис (большая площадь выхода скальных пород), где находится несколько станций разных государств. К примеру, Антарктический полуостров. Там находятся постоянно действующие станции, если мне память не изменяет, 10 государств. Причем у многих стран не одна. Чили, Аргентина, Соединенные Штаты Америки имеют в районе Антарктического полуострова по несколько станций. Чили и Аргентина вообще впереди планеты всей в этом направлении, у них там по несколько десятков даже. Ну, это одна часть Антарктиды.

Вторая часть, тоже с большой площадью выхода скальных пород, – это район Восточной Антарктиды, где находится российская станция «Прогресс», индийская и китайская станции там же располагаются. Допустим, три станции, относительно близко друг от друга, несколько километров. Там возможно некое общение, и оно происходит, конечно. Но в основном станции единичные, и между ними сотни и даже тысячи километров.

Белорусская антарктическая станция располагается, если так образно говорить, практически в центре Восточной Антарктики. В одну сторону 1400 километров до ближайшей станции, российской – «Новолазаревская». И в другую сторону около 1550 километров до российской станции «Прогресс». Рядом с нами, в 24 километрах, находится законсервированная советская, а сейчас российская станция «Молодежная». В свое время она была самой крупной в Антарктиде не только советской, а вообще. Это был поселок, в котором одновременно находились до 1500 человек. А в сезонные работы, когда приезжали дополнительно на короткий срок научные сотрудники, технические специалисты что-то починить и так далее, – и до 2000 человек. Можете представить? Поселок серьезный.

| Подготовлено по видео БЕЛТА.

| Фото БЕЛТА.

читайте также

самое популярное