Владимир Короткевич
Классик белорусской литературы был не только выдающимся фантастом, но и одним из самых романтичных людей своего времени. В преддверии Дня святого Валентина рассказываем о трех историях любви знаменитого писателя и произведениях, которые Короткевич посвятил дамам сердца.
История первая. Екатерина Гриневич
Как часто вы слышали рассказы о том, что ученик влюбился в учительницу? Вот и Владимир Короткевич не стал исключением. После войны литературу в его классе преподавала 28-летняя Екатерина Ивановна Гриневич. Она так запала в душу подростку, что тот исписал стихами 12-страничную тетрадь – и все их посвятил молодой учительнице.
– Одноклассник писателя Леонид Кригман вспоминал, как однажды они с друзьями эту тетрадку нашли и прочитали. Владимир, когда узнал, так обиделся, что не разговаривал с приятелями целый месяц, – рассказывает Лина Готовская, заведующая музеем Короткевича, который является филиалом учреждения культуры «Музейный комплекс истории и культуры Оршанщины».
Екатерина Ивановна была прекрасным учителем. Именно она заметила, что Короткевич – мальчик особенный, талантливый. А еще вела школьный драмкружок, который посещал и Володя и его товарищи.
Школьный театр был настолько успешным, что ребят не раз приглашали со спектаклями в местный Дом культуры строителей (нынешний костел святого Иосифа) и соседний город Барань.
История вторая. Нина Молева
С искусствоведом Ниной Михайловной Молевой классик белорусской литературы познакомился в конце 1950-х годов. Она преподавала на Высших литературных курсах в Москве, которые посещал писатель. Короткевичу тогда было 30 лет, а ей – 35. Именно Молева стала прототипом главной героини произведения «Леониды не вернутся на землю». Правда, в романе преподавательница Ирина Горева, в которую влюбляется поэт Андрей Гринкевич, умирает после операции. Есть версия, что Короткевич так распорядился ее судьбой не без причины:
– Таким образом писатель отомстил Молевой, которая не очень хорошо отозвалась о нем в жизни. И все же, мне кажется, что между ними были романтические отношения. Мне даже кажется, что любовные. Хотя Нина Молева была в то время замужем за художником-авангардистом Элием Белютиным, – говорит Лина Готовская. – Владимир Короткевич писал ей удивительные письма.
«…Мне нужны ваши изумительные серые глаза, ваша улыбка, ваши матрешкины волосы под платком, мне нужна ваша любовь ко мне и моя бесконечная любовь к вам… Зачем мне руки, если я не могу обнять вас? Зачем мне глаза, если я не могу смотреть ими в ваши глаза? Зачем мне стихи, если я не могу писать о вас и для вас?.. Для меня сейчас хороша земля только потому, что есть вы… Вы моя первая, которой не было, вы моя самая всесильная и последняя… Может быть, я искал вас 500 лет назад, а вы скрылись от меня, но я все равно, все равно вас найду, и мне уже не страшно и не стыдно ни людей, ни земли, ни слов – разве не все равно? Вы мой хохлик с фонариком, моя глазастая синяя пролеска, птица – синица, мой добрый огонек в метель, мой пушистый заяц – дайте уж мне сказать то, что не смог сказать в глаза. Ваши голубые руки – целую их. Ваш Володя (из письма Короткевича Нине Молевой, 1960 год).
У музы писателя было очень плохое зрение. Чтобы помочь ей, он на свои гонорары отправляет Молеву в Вену на операцию (к тому времени Короткевич был уже популярным писателем, его книги издавались тиражом в 200 тыс. экземпляров). Как вспоминают современники, он всегда считался человеком широкой души, никому не отказывал в помощи. А еще при всей своей мудрости сохранил на протяжении жизни детскую непосредственность.
История третья. Валентина Никитина
Есть несколько версий знакомства Владимира Семеновича с Валентиной Никитиной. Вот одна из них. С будущей супругой Короткевич познакомился случайно, когда приехал на читательскую конференцию в Брестский пединститут. Вместе со студентами туда отправили преподавателя Валентину Никитину. Всю лекцию она просидела на последнем ряду, увлеченно читая польский детектив и не обращая внимания на почетного гостя.
После выступления Владимир Семенович спросил, понравилось ли оно ей. На что Валентина Брониславовна честно призналась, что все пропустила мимо ушей. Тогда Короткевич поинтересовался, почему. «Если бы вы написали детектив и рассказывали о нем, тогда я бы послушала», – был ее ответ. «Какой, например, детектив?» – поинтересовался писатель. И тут Валентина Никитина рассказала, как однажды ехала в поезде и читала интереснейшую книгу. Автора она не помнила, а вот название врезалось в память. Называлась она «Дикая охота короля Стаха». Услышав это, Владимир Семенович закрыл глаза, запрокинул голову назад и от души рассмеялся. А потом сообщил: этот детектив он и написал. Валентине Брониславовне стало неловко, и чтобы исправить ситуацию, она пригласила писателя в лаборантскую на чашку кофе. С этого и началась их дружба, которая со временем переросла в настоящую любовь.
– В 1969 году Валентина переехала в Минск, спустя еще два пара поженилась. Свадебное платье она пошила сама, туфли подарили подружки. С тех пор и до конца жизни Короткевичи были вместе. В музейной экспозиции есть несколько фотоснимков семьи, среди них – редкая фотография, на которой супруги смотрят друг на друга и счастливо смеются, – рассказывает Лина Готовская.
Они увлекались народным творчеством и часто путешествовали по деревням Беларуси, собирая легенды, предания и песни. Оба мечтали издать 10-томник белорусского фольклора. Ради супруга Валентина Брониславовна выучила белорусский язык, а он посвятил ей один из самых главных в своей жизни романов – «Черный замок Ольшанский», написав: «В.К., которой обещал этот роман десять лет назад, с благодарностью».
***
У классика белорусской литературы был оригинальный способ знакомства: если ему нравилась особа противоположного пола, он сразу перевоплощался в одного из своих героев. Читал стихи, готовил кофе по собственному рецепту, добавляя в него черный молотый перец, ставил любимую пластинку с песнями известного оперного певца уроженца Западной Беларуси Михаила Забейды-Сумицкого. А еще… цитировал Библию.
| Юлия ГАВРИЛЕНКО, газета "7 Дней".
| Фото из интернета.


- размещаются материалы рекламно-информационного характера.