Почему XX века «скончался» только сейчас? Мнение Алексея Беляева

«Беларуская думка» представляет рубрику «Свет: погляд з Беларусі». Надеемся, она станет площадкой для живого и откровенного диалога о политической жизни страны и мира. Будем делиться своими размышлениями, используя популярный сегодня жанр эмоциональной аналитики. Убеждены: истинное понимание происходящего невозможно без человеческого измерения. В нашем материале – слова политолога, декана факультета журналистики БГУ, кандидата исторических наук Алексея Беляева.

– Итак, позволив расширить себе рамки сдержанного аналитического повествования до широких пределов красочной публицистики, сразу сделаю громкое заявление: ушла эпоха! Двадцатый век символически скончался!

Почему сейчас, спросите вы, ведь уже третье десятилетие XXI века на дворе! Мы живем в эпоху виртуальной реальности, цифровых технологий, роботов-пылесосов и чайников, управляемых по мобильному телефону через Wi-Fi. Нас окружают умные дома, беспилотные автомобили и иные прелести современной цивилизации. Двадцатый век давно остался за бортом, причем не в символическом, а в очень даже практическом плане. Успело не только родиться, но и вырасти поколение зумеров, физически в том старом периоде истории никогда не бывавшее.

Тем не менее, исходя из принципа, что война не закончилась, пока не умер ее последний солдат, можно говорить, что век не закончился, пока не прекратились созданные им условия существования, формальные рамки, нормативно-правовое оформление повседневности. Пока действуют институты и договоры, созданные эпохой, – эпоха жива.

И тут подходим к сути. Давайте конкретно: даты, числа, цифры… Зафиксируем, как врачи, точную дату смерти ХХ столетия: 5 февраля 2026 года, когда формально прекратил действовать международный договор между США и Россией СНВ-III – о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений. Он был логическим и юридическим продолжением целой серии договоров, первый из которых был подписан в 1972 году между США и СССР. С тех пор ограничение стратегических ядерных арсеналов двух сверхдержав было важным фактором мировой политики и устойчивости международных отношений. Согласно последней версии соглашения, сторонам разрешалось иметь на постоянном боевом дежурстве в развернутом состоянии до 1550 единиц ядерных боезарядов и до 700 единиц их носителей из ядерной триады (межконтинентальных баллистических ракет, подводных лодок и тяжелых бомбардировщиков).

Честно признаться, договор этот уже давно не работал в полную силу. Еще в свою первую каденцию американский президент Дональд Трамп делал заявления в свойственной ему недипломатической, деловой и безапелляционной манере о том, что подписание Договора СНВ-III в 2010 году руководителями России и США Дмитрием Медведевым и Бараком Обамой было «односторонней сделкой», выгодной только русским. И поэтому администрация Трампа не спешила вести переговоры о продлении договора, настаивая на создании нового документа с обязательным привлечением Китая, даже направив последнему в 2020 году приглашение к трехсторонним переговорам. Руководство КНР сумело дипломатично выйти из ситуации, заявив, что готово присоединиться к соглашению об ограничении стратегического ядерного оружия лишь при условии уменьшения американских арсеналов до уровня китайских.

В 2021 году Президенту России Владимиру Путину «на падающем флажке», как говорят шахматисты, удалось убедить нового лидера США Джо Байдена продлить договор еще на пять лет без каких-либо дополнительных условий. Однако вследствие начала СВО и резкого усиления прямой конфронтации с коллективным Западом в 2023 году Россия приостановила свое участие в договоре, который истекал в феврале 2026-го. А в 2025-м в США опять «случился Трамп», и уже тогда стало понятно, что СНВ-III доживает последний год.

Тем не менее «пациент был все еще скорее жив», а в мировом политическом сообществе теплилась надежда, что ядерные сверхдержавы найдут компромисс и смогут уберечь мир от сползания в новую гонку вооружений и от создания фактора абсолютной непредсказуемости в международной политике. Увы…

Но все же почему с официальным прекращением действия СНВ-III ушла эпоха XX века? Да потому, что это был фактически последний договор времен холодной войны, хоть как-то фиксировавший уровень вооружений и формально сдерживавший безудержную милитаризацию.

Вокруг договоренностей по стратегическим наступательным вооружениям было много и других соглашений, составлявших каркас международной системы безопасности. В частности, в 1972 году Ричард Никсон от США и Леонид Брежнев от СССР подписали договор об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО), в рамках которого взяли обязательства отказаться от создания, испытания и развертывания систем или компонентов ПРО морского, воздушного, космического или мобильно-наземного базирования, а также обещали не создавать системы ПРО на территории страны. В 2001-м в одностороннем порядке США вышли из договора.

С 1987 года между Америкой и СССР действовал договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), согласно которому не просто уничтожался целый класс вооружений, а сторонами брались обязательства в дальнейшем не производить, не испытывать и не развертывать подобные ракетные комплексы. Сама ликвидация была выполнена к 1991 году. Но в 2019-м Трамп заявил о выходе из ДРСМД, вслед за ним это вынужденно сделала Россия. А через месяц США испытали ракету средней дальности, которую втайне разрабатывали в период действия договора.

Еще до распада СССР, в 1990 году, было заключено соглашение, регулировавшее обычные вооружения в Европе (ДОВСЕ), которое уже через год стало неактуально из-за изменившихся геополитических реалий. Более того, оно ставило Россию в заведомо проигрышную ситуацию, так как у границ страны появились зоны, не связанные какими-либо обязательствами по количеству размещаемых вооружений. Например, Прибалтика в лице получивших независимость Литвы, Латвии и Эстонии. Это привело к приостановлению участия России в ДОВСЕ в 2007 году и к полной денонсации соглашения в 2023-м.

Такая же судьба постигла и заключенный в 1992 году Договор по открытому небу (ДОН), позволявший странам-участницам проводить инспекционные полеты над территорией условного противника. В 2020-м из него вышли США, в 2021-м его вынуждена была денонсировать Россия.

В сухом остатке из всей архитектуры международной безопасности, кропотливо выстраивавшейся в период холодной войны и являвшейся символом геополитических реалий ХХ века, до наших дней формально дожил лишь Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений. И вот он приказал долго жить, похоронив под своими обломками надежду человечества на мирное сосуществование и открыв ворота к новой гонке вооружений и формированию новой геополитической и военной реальности. Как говорится, король умер, да здравствует король! Приветствуем XXI век, которому еще только предстоит формализовать рамки своего существования.


| Алексей Беляев, политолог, декан факультета журналистики БГУ, кандидат исторических наук для журнала «Беларуская думка».